Впервые опубликовано 17 марта 2013 г.
По вечерам, перед отбоем, тюрьма затихает, затаивается, в недрах её начинается особая, скрытная жизнь. В этот час вступает в действие «тюремный телеграф». Каждый вечер - пронзая гробовую толщину стен - звучит еле слышный, дробный звук: несутся призывы, проклятия, просьбы, слова отчаяния и ритмы тревоги. Я засыпаю похожим на забытье сном и просыпаюсь от первого шороха. Потом научился просыпаться: как зверь, как дикарь, без полусна.
Проснувшись утром, вернулся от мечтаний, на грешную землю, в серую, мрачную камеру, увидев грустные, хмурые лица, которые размышляли о своей горькой, не радостной доле арестанта, у каждого из них и у меня, впереди маячила мгла, туман.
Позавтракали молча, ели ненавистную кашу, попили чай. Миша спросил:
- Что-то у вас сегодня настроения нет? Не понравился завтрак? Никто ему не ответил.
