"По несчастью или к счастью, истина проста, - никогда не возвращайся в прежние места. Даже если пепелище выглядит вполне, не найти того, что ищем, ни тебе, ни мне..." (Г. Шпаликов)

воскресенье, апреля 07, 2013

Валерий Лебедев. Женщины древнее мужчин

Окончание

Стало быть, все-таки наши прямые предки – неандертальцы. И генетический праАдам, и генетическая праЕва были неандертальцами. Это диктуется всей логикой событий, а также следует из данных археологии, которая показала сходство технологии изготовления каменных орудий поздними неандертальцами и первыми homo sapiens sapiens. Мне кажется, последующие более тонкие и обширные исследования ДНК подтвердят эту гипотезу.

Общий отец всех ныне живущих людей, своего рода генетический Адам жил примерно 80 тысяч лет назад. Именно с него началось ветвиться разнообразие последующих поколений. 80 тысяч – это нижняя граница. Она может быть отодвинута еще в два раза вглубь тысячелетий – есть такая тенденция. А генетическую Еву и отодвигать не надо – она и так по расчетам находится на расстоянии 140 тысяч лет от нас.

Мы по умолчанию все время предполагаем, что эти наши первоотцы и первоматери были чем-то вроде нас. Вернее, мы были похожи на них. Однако известно, что современный тип человека – анатомически, физиологически и “умственно” - появился значительно позже – не ранее, чем 50 тысяч лет назад, а точнее 42 тысячи. А кто же тогда были наши первоотцы? И первоматери? Если современный человек по линнеевской классификации относится к виду Homo sapiens sapiens, то кто были Адам и Ева? Удвоение sapiens sapiens – не ошибка. Человек дважды разумный – вот кто мы есть. А единожды разумный кто? А это – неандерталец. Его видовое название именно таково: Homo sapiens. И вот он как раз и появился примерно 150-200 тысяч лет назад и существовал до примерно 30-35 тысяч лет назад. По временным отрезкам выходит, что наши общие отцы и матери были неандертальцами.

Сравнительно недавно, лет десять назад, эволюционный путь человека в схеме своей выглядел линейно. Самыми первыми особями, отпочковавшимися на дереве эволюции от общего с человекообразными приматами (вроде шимпанзе), считались австралопитеки – “южные обезьяны” родиной, само собой, из Африки, начало которых можно отнести примерно на 4 миллиона лет до нас. Эти регулярно использовали предметы природы в качестве орудий труда – палки, камни и пр. - для добычи еды. Среди них выделились homo habilis (человек умелый), открытые супругами Лики в Олдовае в начале 60-х годов прошлого века («умелые» жили примерно 2 миллиона лет назад). Они уже подрабатывали каменные орудия (подработкой называется в антропологии небольшие изменения исходных камней в скребки, рубила и другие немногочисленные тогда орудия труда). Так что ничего не поделаешь – труд создал человека, это не только школьная пропись, но и научный факт.

В свое время историк ранних обществ Поршнев проделал эксперимент: он предложил своим сотрудникам “подработать” скребок из простой гальки. Выяснилось, что, не имея в руках ничего, кроме камней, один испытуемый этого сделать не может. Один держит нечто вроде наковальни с галькой на ней, второй другим камнем, как молотком, бьет по острому камню с тем, чтобы сделать от гальки отщеп. То есть, используются 4 камня и четыре руки. А раз так, то между производителями нужна коммуникация. Координирующие команды. Более того, “тот факт, - пишет Поршнев, - что троглодитиды (эти троглодиты – все палеоантропы от питекантропа и дальше - В.Л.) для своего специфического образа питания вынуждены были оббивать камни камнями, несет в себе и разгадку появления у них огня. Искры сыпались в большом числе при ударах друг о друга кремней и других пород. Теоретически и экспериментально доказано, что эти искры способны зажечь любой вид трута. А в роли такового выступала настилка любого логова и жилья троглодитид, несомненно, однородная с настилкой берлог, нор, гнезд других животных”.

Преимущество в выживании имели те, кто лучше мог использовать управляющие и речевые функции мозга. Вот в этом направлении церебрализации (то есть – поумнения) и двигалась эволюция.

После хомо хабилисов следовал питекантроп (открытый датским палеонтологом Дюбуа) – это уже всего миллион лет назад. Их же иногда называют без церемоний троглодитами. Затем – синантроп (открыт богословом, философом и антропологом Тейяром де Шарденом), найденный около нынешнего Пекина. Этот умничал примерно полмиллиона лет назад. Даже огонь уже знал, добывать не умел, но поддерживал. Жил в пещерах и надевал шкуры. Сроки между появлением, скажем, австралопитеков и питекантропов или этих последних с синантропами и есть как раз длина эволюционного пути между ними.

Долгое время до появления «человека разумного» у наших предков не абстрактного мышления и членораздельной речи. Конкретное мышление – было. То есть, в конкретной обстановке два хабилиса или два пинтекантропа могли “сообразить” на двоих, троих и более и совместными усилиями изготовить дубину, загнать мамонта в яму, разделать его тушу. При этом их звуковые наросты чем-то напоминали первую сигнальную систему (типа сигналов у птиц или волков) или, может быть, команды биндюжников в одесском порту. Нечто вроде “майна” и “вира”, только очень нечленораздельные, как если бы они сильно поддали. Но тонкой координации или чего-то похожего на планирование у них не было.

Следует сказать несколько слов о членораздельной речи. Она прошла огромную эволюцию. Речь у кроманьонцев точно была, но что это был за язык? В начале своего пути этот язык не имел никакой грамматики: там не было ни временных форм, ни управления словами падежами или предлогами, ни определений, ни дополнений, ни наречий, ни числительных, не было вообще никаких частей речи. Не было даже различия между существительными и глаголами. И не было личных местоимений. Одно слово означало сразу и предмет, и его действие. Например, топор означало рубить, а копье – убивать. Другое слово означало предмет и его, например, цвет: трава – зеленая. Если бы древний охотник увидел оленя, он крикнул бы примерно следующее (при переводе на русский): “Я (вместо этого он стукнул бы себя кулаком в грудь) глаз-видеть трава-зелена олень-бежать копье-бросать-олень-убивать”. То есть, эта фраза состояла из пяти “комплексных” звукоизвлечений. А всего таких в обиходе было поначалу не более нескольких сотен – именно столько назвали у племени Мумбо-Юмбо Ильф-Петров.

Причем важно то, что существительное-глагол всегда употреблялся в повелительном наклонении – а других просто и не было. Именно повелительное наклонение прямо стимулирует и обязывает действовать. Это и сейчас характерно для неразвитых языков или для аборигенов, плохо знающих развитый язык. Путешественник В. К. Арсеньев так передает русскую речь проводника гольда Дерсу Узала: "Давно одни люди ходи. Люди ходи кончай, дождь ходи; какой другой люди ходи, балаган найди, сухие дрова найди, спички найди, кушай найди пропади нету"

Разоблаченный великим ученым-языковедом тов. Сталиным академик Н. Я. Марр, тем не менее, кое-что уловил верно: а именно то, что слово "рука" во всех языках мира означала не только орган тела, но и действие, которое она совершает.

Многие философы еще в древности заметили то, что уже в ХХ веке четко выразил Дж. Бернал, сказавший: "Язык выделил человека из всего животного мира". Это так и есть. Не только выделил, но и определил, что и как может делать человек.

Если язык неразвит и убог, то таковы же будут и действия: изготовление примитивных рубил, дубин и копий да беготня с ними за дичью. Но и это слишком сложно. Проще не настигать дичь, а ждать, когда животное само сдохнет. А потом уже питаться его трупом. Именно так и поступали археоантропы, они же палеоантропы, включая неандертальцев.

Вот что пишет по этому поводу Поршнев в “Начале человеческой истории”.

“Это было время богатой фауны хищников-убийц, где ведущей формой являлись многочисленные виды махайродов (саблезубых тигров), высокоэффективных убийц, пробивавших покровы даже толстокожих слонов, носорогов, гиппопотамов. Но ответвившиеся от понгид прямоходящие высшие приматы, по-видимому, использовали тогда даже не обильные запасы мяса, оставляемые хищниками, а только костный и головной мозг, для чего требовалось лишь расчленять и разбивать кости.


В общем, подытоживая прочитанное у историков-палеонтологов, можно выделить три момента, принципиально важных для появления человека разумного.

1. Трупоедение, что требовало умения разбивать толстые кости для извлечения мозга. Тушу чаще всего уже успели сожрать хищники, а мощные берцовые кости им были не по зубам. Разделка же костей требовала умения изготавливать каменные рубила.

2. Каннибализм. Этот способ пополнения пищевых запасов сильно острил сообразительность. Менее сообразительный быстро попадал на обед. Стало быть, потомство оставлял более сообразительный, к тому же сытый и веселый. Это весьма заметно подстегнуло эволюцию в сторону сапиентации. На стоянках неандертальцев находили кости кроманьонцев. А на стоянках кроманьонцев – кости неандретальцев. Со следами обработки каменными рубилами (они были у тех и других примерно одинаковыми) и извлеченным костным мозгом.

3. Затрудненные роды в связи с прямохождением, что закрепило кости таза. Такие роды часто приводили к родовой горячке и высокой смертности праженщин. Отсюда – сравнительно малое число женских особей и борьба за них. Эта борьба привела к дополнительным схваткам между прамужчинами, в которых опять-таки в статистике побеждал наиболее умный и хитрый, а не просто сильный. Менее умный пополнял своим черепом коллекцию палеоантропологов, в которых почти нет целых черепов – все с дырками. К тому же хитрый и умный мог занять более высокую ступеньку лестницы в иерархии орды, что давало ему дополнительный шанс на оставление потомства.

Если стихи растут из сора, то человек разумный, как видим, произошел из полного аморального дерьма.

Первым видом, относящимся собственно к человеку разумному homo sapiens, стали неандертальцы. Появились они как раз тогда, когда исчезли синантропы, – примерно (уже говорилось) 200 тысяч лет назад. То есть, синантропы стали неандертальцами. А которые не стали – вымерли. Не оставили потомства. В принципе тот же механизм должен срабатывать при появлении современного типа человека, часто также называемого кроманьонцем. Первые кроманьонцы появились тогда, когда неандертальцев было много, а кроманьонцев – мало, а последние неандертальцы приходятся на сроки, когда кроманьонцев уже было много, а неандертальцы совсем сходили на нет. Какое-то время два вида разумных людей сосуществовали, но потом остались только дважды разумные.


Но сравнительно недавно вроде бы выяснилось, что неандертальцев нельзя считать прямыми предками человека. Что это некая боковая ветвь. О том свидетельствует анализ ДНК. Недавно в журнале Nature опубликована статья про расшифровку ядерной (хромосомной) ДНК неандертальца, найденного в Хорватии. Вывод тот же, что был сделан девять лет назад на основании анализа митохондриальной ДНК трех неандертальцев (из Германии, Хорватии и Грузии), что они не являются предками человека.

На самом деле на основе анализа всего одного неандертальца такого вывода сделать никак нельзя. И на основании десятка – тоже. Нужна статистика.

Но и статистика, если она и будет, не решит проблему. Потому, что эти хромосомные ДНК от какой-то группы неандертальцев могут оказаться принадлежащими именно тупиковой ветви нашего праотца. А наряду с тупиковой могла быть и прямая ветвь в направлении на кроманьонца. Но все –таки, как быть с непосредственными предками кроманьонца? От вопроса о непосредственных предках хомо сапиенса сапиенса не уйти. Где они? Палеоантропология насчитывает 150 лет, за это время нашли не только прямые древние ветви «на человека», но и самые разнообразные боковые ответвления. А вот предка кроманьонца нет как нет.

И – еще раз: где же он, этот непосредственный праАдам нашего Адама? Его никто не называет. Вместо названия почтенного предка есть только термин “недостающее звено”. Вот это звено, как предполагается, и будет искомым праотцом нашего всеобщего отца. Он же, по идее, должен быть и праотцом боковых неандертальцев. Но вот странность: черепов, их частей, разных фрагментов скелетов видов предшественников хомо сапиенса, живших задолго до неандертальцев или предполагаемого “недостающего звена”, сколько угодно – всех этих австралопитеков, питекантропов, синантропов. А гораздо более близких к нам по времени родителей генетического Адама – ни одного. Загадка.

По своим данным и умениям неандерталец вполне подходил на роль предков современного человека. Новая компьютерная модель кисти неандертальца свидетельствует, что пальцы рук этих гоминидов были столь же гибки, как и у наших предков-кроманьонцев. Результаты показывают, что неандертальцы ничуть не менее ловко манипулировали предметами, а это значит, что за их загадочным исчезновением с лица Земли стоит не неумение приспособиться к меняющимся условиям очередного похолодания, а другая причина.

Парижский антрополог Фернандо Рамирец Роззи и его коллега из мадридского Национального музея естествознания Хосе Мария Бермудес де Кастро заново оценили скорость физического возмужания неандертальцев. Они уже к 15 годам жизни достигали полной зрелости, а затем переставали расти. Тем не менее, неандертальцы были физически массивнее и сильнее кроманьонцев.

Неандертальцы ухаживали за больными, умели добывать и сохранять огонь, владели приемами коллективной охоты. Они воспитывали детей. Правда, жилищ они не строили и земледелием не занимались.

К тому же доказано, что подъязычная кость для необходимой артикуляции и строение неба у неандертальцев позволяли им говорить. Неизвестно, насколько внятно неандертальцы владели речью. Наверное – не очень. С речью у них еще было не все в порядке: об этом свидетельствует недостаточное развитие лобных долей коры головного мозга. Однако какой-то формой речи, достаточной для совместной деятельности, они обладали. Сложившийся стереотип, согласно которому имелось явное анатомическое превосходство кроманьонца в изготовлении орудий труда, теперь не кажется столь безусловным.


Неандертальцам был уже присущ альтруизм и уважение к старшим. Между прочим, сам Дравин считал, что если теория эволюция не решит вопроса о том, как возник альтруизм, как бы противоречащий выживанию вида (зачем тратить силы на помощь “выбывшему из строя”), то это представит для нее большую угрозу. Среди останков неандертальцев в пещере Шанидар (на территории Ирака) был найден скелет мужчины в возрасте 50 лет, по тогдашним меркам это был глубокий старик, 50 лет в то время эквивалентны примерно 90-95 годам жизни современного человека. О нем известно, что в результате удара могло быть повреждение левой половины мозга и как следствие частичный паралич правой стороны тела. К этому нужно добавить сильный артрит, поразивший лодыжку и колено правой ноги, заживший перелом одной из костей правой стопы и, наконец, полностью стертые зубы. Таким образом, Шанидарский неандерталец был по существу полным калекой, неспособным не только внести какой-либо вклад в обеспечение существования коллектива, но даже прокормить и защитить самого себя. И он вполне мог бы прожить больше, если бы его не задавил обвал. И вот этот тогдашний древний старик содержался ордой в ущерб себе. На самом деле – на пользу, так как шанидарец, видимо, обладал большим опытом, знаниями или каким-то особым качеством еще, – например, острым обонянием. У другой находки неандертальца возрастом 45 лет из пещеры Ла Шапелль тоже не было ни одного зуба. Питаться он мог только в том случае, если кто-то из близких пережевывал за него еду и таким образом кормил пользовавшегося уважением и заботой члена племени. Стало быть, тут мы имеем дело с уважением к возрасту и пониманием того, что его опыт может быть полезен сородичам.

Вообще с понятием альтруизм не все просто. Если подходить к альтруизму утилитарно, то его в чистом виде вообще быть не может. В любом случае дарующий имеет взамен либо чувство исполненного долга, либо исполнение обета, либо совершение угодного Богу деяния, либо ощущение, что он остался в истории, содействовал наукам и искусствам. Он может также тешить свое тщеславие: просто возноситься над пошлым миром: вот, мол, я каков! Взял да и дал просто так. Не каждый сможет вот так. Мало кто. Собственно, никто, кроме меня.

Но вот именно когда некто делает благое дело ради исполнения долга и просто ради осознания себя от этого лучше, добрее, что называется, ради собственного удовольствия – это и есть подлинный альтруизм. Другого не бывает.

Здоровые неандертальцы не были сутулыми, “ходящими на полусогнутых”, какими их часто изображают; это были могучие мужчины и крепкие женщины. Они в ритуальных целях раскрашивали себя охрой, хоронили своих покойников и даже "возлагали" цветы на могилы сородичей. В захоронении Шанидар IV была обнаружена необычайно высокая концентрация пыльцы цветов. Объяснение ученых: могила была засыпана цветами. – Захоронение своих соплеменников – яркая черта и самый главный признак очеловечивания, отрыва от животных инстинктов, к тому же этот признак говорит о зачатках религиозных представлений.

Последний неандерталец был найден на Пиренеях, его возраст 29 000 лет. То был могучий детина: рост 180 см., вес 100 кг. Но и он не выжил.


Источник: тут